Глава 8. О’Баарни

«ЕЩЕ РАЗ!» — крикнул голос со стороны. Я бросился к своему противнику. Он был коренастым, почти настолько же широким, как и высоким, с бритой головой, и зазубренным шрамом, начинавшимся на лбу, и заканчивающимся на носу. В моей левой руке была деревянная дубинка, а в правой — щит. Я так быстро взмахнул дубинкой, что ветер, как гром, громыхнул рядом со мной. Внезапно оказалось, что мой противник стоял на несколько сантиметров дальше, чем я думал, и мой удар не попал по его уродливой голове. Я подготовил себя, так как почувствовал его деревянный меч под своим подбородком, и почувствовал, как его правое колено ударило мне в спину. Небо закрутилось, и моя спина упала на землю. Мое тело уже использовали для наказания, так что спазмы боли, доносившиеся из позвоночника, быстро прошли.

«ЕЩЕ РАЗ!» — закричал голос. Я прыгнул на ноги, а оппонент отошел, давая мне пространство для маневра, прежде чем я снова начал нападение. Его лицо выражало дерзкую самоуверенность. Я хотел стереть с него ухмылку. Я повторил свою тактику, и повторил тот же результат. В это время он добавил силы в свой удар, и я описал полный круг, упав лицом вниз. Я поднялся, и выплюнул, наверное, целую чашку крови. Человек со шрамом прочистил горло, и плевок приземлился прямо на мое плечо.

Я уверен, что все вокруг услышали, как мои зубы клацнули друг об друга.

«ЕЩЕ РАЗ!»

Я побежал на коренастого человека, размахиваясь дубинкой в левой руке. Я целился в его голову, как и в предыдущий раз, в позапрошлый, и в третий раз до этого.

Наверное я был упрямым.

Он отступил назад. Но вместо предыдущей тактики, теперь я выпустил свою дубинку тогда, когда рука достигла центра масс. Она пролетела необходимые дополнительные сантиметры. Ручка дубинки врезалась в лицо человека, и выдала брызги крови, зубов и возмущенных визгов. Затем своим щитом я ударил в его шею, ниже подбородка, но выше кадыка. Я ожидал, что после этого он упадет, но он не упал. Он горизонтально взмахнул мечом, желая попасть по моей голове, причем так быстро, что я заметил только движение его руки, а не скорость лезвия, проносящегося через воздух. Тем не менее, как-то, я смог нырнуть под него, и снова напасть.

Мое плечо столкнулось с его бедром, я схватил пятку его правой ноги свободной левой рукой, и поднялся. Теперь у него была только одна нога, чтобы балансировать, и я произвел достаточный импульс, чтобы опрокинуть его. Он с громким треском упал, а мой вес, лежащий на нем, вытолкнул воздух из его легких.

Я несколько раз ударил его локтем в лицо, прежде чем сильные руки оттащили меня от него. Бороться сейчас — значило только сделать себе хуже. Я надеялся, что убил его, а иначе мне нужно было бы постоянно оглядываться на тренировках. Я застонал. Моя вспыльчивость опять завладела мной, и, скорее всего, сейчас меня накажут.

Когда я перестал бороться, меня держали шестеро. Все они были одеты в одни и те же серые свободные штаны и туники. Наши головы были побриты, обнажая ушибы, шрамы и раны, которые сегодня еще не залечили.

Краем глаза я увидел Эльфа. Я не помнил его имени, но он отвечал за наши тренировки. Его голос врезался в мой мозг — ведь он сотни раз за день орал нам различные приказы. Он остановился на дистанции захвата, посмотрел на меня сверху вниз. Его холодные серые глаза отлично дополняли его серебряные волосы. Если бы меня сейчас не держали мои боевые товарищи, я бы бросился на него, и свернул ему шею. Я хотел медленно сломать каждую кость в его теле, и слушать, как он каждый раз кричит. Он повернулся к человеку на земле, который пытался дышать со сломанным лицом и разбитой трахеей. Эльф испустил долгий вздох.

«Ты чуть не убил моего лучшего раба». Он остановился и исследовал землю. Затем он нагнулся и сорвал одну травинку, которая казалась выше остальных. Над нашими тренировочными площадками каждое утро идеально ухаживали дюжины человеческих рабов, и я подозревал, что мой Эльф-тренер пожалуется своему коллеге, который отвечает за садовников.

«Идиот. Ты принадлежишь мне. Я решаю, кого ты убьешь, кого ты не убьешь, когда ты ешь, что ты ешь, когда ты срешь, и чем ты вытираешь задницу. Ты понял, человек?» Он посмотрел на меня. Я пытался сдержать свой гнев. Я хотел сказать ему, что я насру ему на лицо, и буду вытирать свою задницу его волосами, если мои компаньоны позволят мне, но сегодня мне умирать не хотелось.

Вместо этого я просто посмотрел на него. Наверное, это было немногим лучше, чем озвучить свои чувства.

Медленно, рывками, он достал свой меч из ножен. Он хотел сделать удар быстрым, но я видел происходящее словно в агонизирующей замедленной съемке. Кончик лезвия отделил тонкие нити на моей тунике, прошел через живот, разрезая мускулы и желудок, а затем вышел из моей спины. Если бы меня не держали, может быть, я бы увернулся, взял меч и направил ему в горло. Как только меч разрезал мои нервы, мои ноги перестали меня слушаться, и я упал на руки своих спутников. Я не издал не звука и продолжал свирепо смотреть на него.

«Утащите его, и его партнера по тренировке обратно на койки, а затем возвращайтесь. Вы все будете тренироваться без еды и сна, пока они снова не присоединятся к нам». Они застонали, и двое из них подняли меня с земли. Мы все были сильными, и с легкостью могли тащить в десять раз больше собственного веса. Так что, хватило бы и одного, чтобы утащить меня, однако все они пошли со мной в бараки.

Подальше от любопытных глаз наших наставников.

Туда, где начнется настоящее наказание.

иконка стрелка, стрелка влево,Картинки по запросу иконки три палочкииконка стрелка, стрелка вправо,

comments powered by HyperComments