Глава 18. Кайер

Мой взгляд очнулся от мощного воспоминания, и мне понадобилось несколько секунд, чтобы приспособиться к новым условиям.

Мое тело было погружено в большую ванну. Вода, выходившая из металлического носика испепеляла меня, брызгая в кипящий бассейн. Я протянул руку, и включил более холодную воду из серебряной трубы. Жара, конечно, меня не сожжет, но мое тело уже чувствовало себя в огне, после воспоминаний о любви с Иоларас.

Я смотрел на воду в попытке расслабиться и вспомнить больше о ней и сеновале. Этот раз, похоже, отличался от других, был более интенсивным. Она никогда не спрашивала меня о других любовницах, ни до, ни после данного утра. Мое горло сжалось, когда я вспомнил, что она убила моего брата. Когда она задушила его, ее лицо, казалось, было таким же приятным, как когда я кончил в нее.

Но ведь она все равно мертва. О’Баарни убил ее и эльфов давным давно. Превратилась в пыль, как говорило письмо Малека. Все они превратились. Мне не нужно было больше чувствовать что-либо по отношению к ней.

Я схватил мыло с полки, около ванны. Похоже, что я слишком долго здесь находился, так что не знал, сколько еще времени у меня есть, прежде чем придет Поуг и позовет меня на вечернее празднество. Я намочил свое тело, очистив все масло и пот, оставшиеся после тренировки, которую я выполнял в своей комнате большую часть утра.

Поуг и его дедушка позавтракали со мной, после того, как королевский портной измерил меня, чтобы изготовить одежду. Они провели несколько часов до моей тренировки, спрашивая меня о моих воспоминаниях, и о том, что произошло после моего пробуждения. Я не рассказал им о некоторых вещах. Например, о том, что я владел магией и о моих взаимоотношениях с Иоларас.

После того, как Дженси ушел, мальчик открыл несколько книг, принесенных им из библиотеки, и показал мне значения слов, там записанных. Я быстро разобрался в их начертании, или так сказал Поуг, и он покинул меня после ланча, сказав мне, что вернется за мной перед банкетом. Я немного нервничал по поводу участия в большом собрании, где я получу какую-то награду. Даже несмотря на то, что мой друг сказал, что я понимаю их язык, мне явно не хватало понимания ключевых моментов в их культуре и обычаях. Это даже привело к небольшому конфликту с Надеей.

Я вылез из ванной и быстро побрил свое лицо бритвой. Мои пальцы от воспоминаний все еще тряслись, и я раз шесть порезался. Но я излечивался так быстро, что из небольших порезов успевало вытечь не более пары капель крови.

Успокойся. Голос сотню раз эхом повторился в моей голове.

Я вспомнил, как выкрикивал эти слова перед группой солдат, практикующих магию. Возможно я был тренером или учителем, как человек с тростью. Я вспомнил краткие вспышки борьбы в круге. Я громко выкрикнул их ошибки, и мое лезвие прошло через них. За несколько минут все они были вылечены, и атаковали меня снова.

«Успокойтесь и атакуйте меня снова!» — прокричал я им.

Женщина с красивыми волосами цвета чернозема высоко прыгнула надо мной, и направила свое копье вниз, в сторону моей груди. Она была лидером данного отряда, и лучшей из группы, но я легко отступил назад от ее толчка. Копье воткнулось в землю рядом со мной, в то время как я поместил свой меч в живот ее компаньона. Он заорал, а она бросилась ко мне с вытянутыми руками, готовая уронить меня на землю, чтобы они могли покончить со мной. Я схватил ее правую руку своей левой, и отпрянул от нее. За ее криком последовал хруст, который сказал мне, что я сломал ее локоть. Я закончил вращаться и прикоснулся левой рукой к ее шее. Моя правая рука схватила одну из ее ног за верхнюю часть бедра, и я поднял ее над головой, кинув в оставшуюся часть группы. Ее собратья рассеялись и упали, как будто океанская волна врезалась в скалу.

«Стоп», — сказал я. Мой голос был немногим громче шепота, но они подчинились. Они вздохнули и расслабились. Некоторые из них были настолько выжаты, что даже не пытались выбраться из запутанных рук и ног своей группы. Я повернулся и посмотрел назад. Там был небольшой холм, с которого на нас смотрела еще одна группа. Один из мужчин вручил мне меч, которым я пользовался. Он все еще был липким от его крови. Я прошагал к собравшимся на холме мужчинам и женщинам. Пока я поднимался, я фокусировался на человеке с длинными темными волосами, серыми у висков. Он нахмурился, а его бровь с беспокойством поднялась. Сначала я подумал, что он беспокоится из-за меня, но его глаза смотрели на женщину и воинов, которых я только что унизил.

Стук в мою дверь вернул меня в настоящее. Перед тем, как пройти в другую комнату, через толстый зелено-желтый ковер, к двери, я убедился, что полотенце надежно обернуто вокруг моей талии. Было похоже, что стучал Поуг.

«Ты еще не одет?» — нахмурился он.

«Извини. Буду готов через несколько минут». Он вошел, пока я держал дверь открытой. Вернувшись к зеркалу в ванной комнате, я убедился, что смыл всю кровь и волосы со своего лица.

«Это нормально. Я пришел рано, у нас еще есть время, прежде чем нам нужно будет идти». Я кивнул, хотя он и не последовал за мной в ванную. Закончив разбираться с последними волосками, я снова умыл свое лицо. Руки больше не тряслись.

«Твоя одежда выглядит по-настоящему круто!» — крикнул он, когда я вошел в комнату с кроватью.

«Ага», — сказал я, когда подошел к аккуратно сложенным стопкам. Портной оказался искусным в своем ремесле. Через несколько частов после ланча его красивая помощница принесла несколько пакетов спрессованной одежды. Я попытался уговорить ее остаться, помочь мне искупаться и надеть их, но она отказалась.

«Я слышала о тебе», — подмигнула она с улыбкой. «Может в другой раз, красавчик, из-за банкета все мы очень заняты». Ее волнистые светлые волосы напоминали гобелен. Пока я пытался ее соблазнить, она несколько раз провела по ним рукой.

«Ты в порядке?» — спросил Поуг. Я посмотрел на него.

«Думал обо всяких вещах».

«Еще воспоминания! Что ты вспомнил?» Он взволнованно сел на свое сиденье, пока я искал серо-зеленые штаны, которые мне посоветовала сегодня надеть девушка-портная.

«Я думаю, я был тренером в армии. Я помню, что учил людей, как сражаться». Я не хотел говорить ему о моей любовнице. «Мне все еще трудно вспомнить некоторые вещи, но я положительно настроен. Какой ранг у вас существует для тренера в армии?»

«Сержант», — сказал он, и я кивнул.

«Да. Возможно я был сержантом».

«Это круто! Ты помнишь какие-нибудь из твоих тренировочных техник?» Я нахмурился и покачал головой.

«Ох. Ну, я уверен, что скоро вспомнишь. Не волнуйся ни о чем сегодня вечером. Это будет весело! Я никогда не был на королевском банкете и празднестве, да и не видел, как кого-то посвящали в рыцари. Тем более, моего лучшего друга!» Он подскочил со своего места и прошелся по комнате. Я заметил, что он носил черные штаны и пурпурную тунику, которая выглядела мягкой и удобной. Его волосы были подстрижены, и лежали на его голове, зачесанные назад.

«Да, это должно быть весело. Я нервничаю. Спасибо, что пошел со мной. Я не хочу сказать чего-нибудь не того». Я надел тонкие шерстяные носки и новую пару ботинок, которую сделал мне королевский портной. Они идеально подошли.

«Ты будешь в порядке. Все, что тебе надо сказать — ‘Спасибо, мой король’ после того, как он скажет тебе подняться. После этого он разрешит тебе вернуться на место. Все зааплодируют, и мы продолжим празднество. Я не ел целый день, и собираюсь набить свой желудок прекрасной едой». Он потер свой живот ладонями и я увидел небольшую его часть, которая вылезла из-под мягкой рубашки.

«У тебя был завтрак со мной и Дженси сегодняшним утром», — сказал я.

«Ох. Ну там же было только несколько яиц, да немножко фруктов».

«Еще ты ел ланч вместе со мной», — сказал я с улыбкой.

«Да, но там было только немножко сэндвичей да вино».

«Ты имеешь в виду, что ты собираешься перекусить сразу же, как только покинешь мою комнату?» — я не мог не улыбнуться.

«У них был пирог на кухне. Я собирался принести тебе кусочек, но ты сказал, что будешь заниматься в своей комнате, прежде чем примешь ванну. Я надеюсь, вечером у них будет побольше еды».

Я закончил застегивать рубашку и провел рукой по своим толстым волосам. Затем я посмотрел на него и пожал плечами.

«Ты выглядишь прекрасно, Кайер. Зеленый хорошо подходит к твоим глазам». Я кивнул. Эти вещи подходили гораздо лучше, чем те, которые я разграбил у Валорнцев. Ткант была толстой, и казалась долговечной. Я начал приделывать пояс, на котором крепился меч.

«О нет. Только стражники и королевские рыцари могут носить мечи. Ты сможешь носить меч после того, как тебя посвятят в рыцари, но вечером он тебе не понадобится». Я опустил пояс. Он посмотрел на меня снова. «Ты готов?» Я кивнул, и мы отправились вглубь замка.

Я выходил из своей комнаты только дважды — когда Надея повела меня поговорить с ее отцом, и когда я завтракал с Ярином. Коридоры были полны слуг, которые перемещались из комнаты в комнату, помогая подготовить гостей к вечернему празднеству. Несмотря на эту активность, в замке было довольно тихо — плюшевый ковер и толстые гобелены, висящие на стенах, поглощали почти весь звук, а слуги двигались молчаливо, опустив головы, и были сосредоточены на своих задачах.

Поуг, похоже, знал, куда нужно было идти, так что я проследовал за ним вниз по лестнице, и через длинные коридоры. В конце концов мы попали в большую приемную, в которой ждали красиво одетые мужчины и женщины. Я насчитал более восьмидесяти человек. Они разговаривали друг с другом, а слуги двигались с краю, и разносили подносы с едой и хрустальные бокалы с вином. Как и сказал Поуг, никто из них не имел никакого оружия. Никто из этих людей не выглядел солдатом или рыцарем, все они являлись преимущественно аристократами. Они были облачены в красивые, но непрактичные одежды, и носили драгоценности.

Вместо гобеленов, как в остальной части замка, на стенах этой комнаты висели большие картины, обрамленные золотом и серебром. Картины изображали сцены битв, а люди, по моему предположению, были предыдущими королями или знатными людьми, позировавшими в военной одежде на боевых конях. Одна картина выделялась среди всех, не только из-за того, что она была размещена прямо в центре, над дверью, но и потому, что в отличие от остальных, на ней было изображено ночное небо. В центре находились луны, а вокруг них были художественно изображены созвездия и небесные тела, которые можно увидеть из Нии.

Я понял, что нужно попросить Поуга устроить мне экскурсию по замку, чтобы я мог узнать его строение. Комната была заполнена людьми, так что я не мог разглядеть ни доступный выход, ни направление, откуда может начаться атака. Были проходы в виде арок, которые вели в дополнительные комнаты, наполненные людьми, а также огромный набор закрытых деревянных дверей, которые, как я полагал, вели в комнату, где мы будем обедать. Пока я следовал за Поугом по огромному замку, мои чувства угасли, и теперь я даже не знал, где мы находимся по отношению к зданию в целом, или к стенам города.

«Мы подождем еще несколько минут, пока они закончат с Большим Залом. Как только прислуга доложит, мы войдем и займем свои места».

«Где твой дедушка?»

«Он не захотел прийти, сказал, что вечеринки — это для молодых людей, и другую подобную ерунду. Иногда на него находит, и он не хочет находиться рядом с другими людьми». Я не мог себе такого представить. Дедушке Поуга, вроде бы, все в жизни нравилось.

«Где Надея?»

«Королевские особы входят после того, как все мы рассядемся». Он махнул человеку, который держал серебряный поднос с едой. Мужчина подошел и Поуг взял с подноса три небольших кусочка. «Они удивительны, Кайер. Попробуй!» Я взял один из кусочков. Похоже, что это была часть фрукта, завернутая в тонкий кусок мяса. Я кивнул слуге, и он ушел от нас. Еда была вкусной. Если остальная еда будет хотя бы вполовину такой же вкусной, как эта, то это будет действительно великое празднество.

Через четверть часа двери в Большой Зал открылись, и люди начали заходить внутрь.

«Имена?» — спросил человек с кислым лицом, когда мы приблизились ко входу в зал.

«Поуг и Кайер. Гости короля», — улыбнувшись во все лицо сказал Поуг. Человек сверился со списком, а затем махнул дежурному, сказав ему проводить нас на наши места.

Когда мы вошли в Большой Зал, я ахнул. Он был так невероятно объемен, что я почувствовал, как будто вошел в пустую внутри гору. Потолок был на высоте почти тридцати метров, и поддерживался симметричной сетью толстых деревянных балок. Комната была около шестидесяти метров в ширину в самом узком месте и ста метров в самом широком. С балок свисали гигантские люстры, похожие на сверкающих пауков. Их свет освещал богатые пурпурные и оранжевые ковры, отполированные деревянные полы и полукруг из обеденных столов.

Казалось, что здесь было достаточно места для размещения с комфортом двухсот человек. Каждый стол был покрыт богатой атласной тканью, имевшей попеременно, то фиолетовый, то оранжевый цвета. Столы были украшены высокими серебряными вазами, в которых находились фиолетовые цветы. На столах стояли красивые тарелки с золотыми листочками по краям, сверкающие серебряные столовые приборы и хрустальные кубки, в которых отражался блеск люстр. В центре полукруга находилась возвышающаяся платформа со столами на ней. Она привлекла мое внимание. Я предположил, что именно здесь будет сидеть король. На расстоянии от центра комнаты огромные каменные колонны поддерживали крышу, как будто мы находились в пещере.

«Вау», — одновременно сказали Поуг и я. Затем мы посмотрели друг на друга и засмеялись. Слуга кашлянул, и мы поспешили за ним. Пройдя двадцать мест, начиная от первого стола, человек указал на два кресла, которые мы и заняли.

«Я думал, тебя посадят ближе, ведь король хочет посвятить тебя в рыцари», — прошептал мне Поуг. Пожилой человек с красным лицом сел рядом со мной. Он пах свежим табаком, а его живот выглядел так, как будто собирался вырваться из застегнутой блузки, если он ненароком слишком сильно чихнет. С ним была молодая женщина с короткими каштановыми волосами и милыми веснушками.

«Привет. Я Барон Листаль», — сказал мужчина, протягивая мне свою пухлую руку.

«Кайер». Он улыбнулся. Я подумал, что он ждет, чтобы я сказал ему свой титул. «Я рыцарь».

«Ага, отлично! Мне и моей жене понравится с тобой беседовать. Так приятно взаимодействовать с воинами короля». Молодая женщина застенчиво мне улыбнулась. Человек наклонился над ней, чтобы сказать что-то соседу за несколько мест от него, и я повернулся к Поугу.

«Что такое жена?»

«Что?» — он повернулся от пожилой женщины, с которой разговаривал.

«Что такое жена?» — прошептал я снова. «Я не слышал этого слова раньше».

«Это… ох, дай мне время подумать, как это объяснить». Он посмотрел вокруг, затем его взгляд вернулся ко мне. «Это имя женщины во взаимоотношениях, когда мужчина и женщина клянутся быть вместе и растить семью». Я кивнул. Я понял его слова, но сама идея казалась странной.

«Какое для этого слово в языке Древних? Я не помню его», — спросил он.

«Никакого нет», — категорически сказал я.

«Что ты имеешь в виду? У тебя же были мать и отец, не так ли? Как твой отец называл твою мать?» Он отложил небольшой кусок хлеба, который намазывал маслом. На короткий момент он забыл даже о еде.

«Он называл ее ‘твоя мать’, когда говорил о ней со мной и моим братом, но это было редко. Эльфы не делали подобного, или, по крайней мере, не думаю, что делали. Я знаю, что они спаривались и создавали альянсы, но их объединения не были постоянны и не создавались такими. Людям также не разрешалось. Мы могли завести детей вместе, но зачем клясться, если эта клятва может быть легко разрушена нашими хозяевами?» Я подумал о своем отце. Я никогда не знал своей матери, и раздумывал, сильно ли Кай любил ее.

«Это ужасно!» — выдохнул он. «Так ты никогда не любил?»

«Любил», — произнес я, пытаясь не выказать никаких эмоций.

«Ой, расскажи мне о ней? Если ты, конечно, не против». Должно быть, он увидел, как мое лицо становится жестким.

«Есть вещи, которые я должен держать в себе. Я помню только часть наших взаимоотношений. Я помню, что они были… сложными». Я ухмыльнулся, когда произнес это слово. Мой словарный запас не был достаточным ни на одном из языков, чтобы найти правильное слово для описания наших отношений с Иоларас.

Возможно такого слова и не существует. Я надеялся, что оставит меня в покое, и, к счастью, он вернулся к своему куску хлеба, от которого откусил кусочек. Его глаза были сочувствующими.

«Где Ярин?» — спросил я, чтобы поменять тему разговора.

«Я не думаю, что они его пригласили. Это плохо, так как он много сделал, чтобы ты оказался здесь».

«Что насчет Грейкина?» — я огляделся в поисках большого человека.

«Он не будет есть, но он будет рядом, я уверен».

В зале раздался звонок, и стоявшие и общавшиеся люди поспешили на свои места. Затем комната замерла в ожидании.

Двери в дальнем конце коридора открылись, и вошел Герин. Громким и ясным голосом он прокричал: «Королевские посланники Градара: Герцог Ритр и его жена Лиеа!» В зал вошли мужчина и женщина, одетые в шелка. Оба они были привлекательны, волосы мужчины были серыми, а волосы женщины завивались вокруг небольших подсолнухов. Собравшиеся зааплодировали, когда эти двое сели за главный стол.

«Королевский посланник Лоормы: великий полководец Астотал!» В зал вошел мускулистый мужчина. На поясе он носил короткий меч, а двигался с мастерством кота. Его одежда была военного стиля, с отполированным металлом и черной кожей.

«Королевский посланник Ньюваны: Баронесса Штокия!» Вошла пожилая женщина в сопровождении мальчика-подростка, носившего желтые и зеленые цвета. Ее уши были украшены сверкающими изумрудами. Кроме того, при ходьбе она использовала тонкую трость.

«Королевские посланники Бриллы: Капитан Гувей и его жена, Хеллан!» Вошли привлекательные мужчина и женщина. Каждый из них был мускулист и высок. У них были густые белые волосы и рыжеватая кожа. Я заметил, что они не носили никаких украшений, кроме колец, в которых находились сверкающие голубые камни.

«Герцог Белтор из Нии, и его дочь, герцогиня Надея!» Когда двое прошли между столами, аплодисменты стали почти оглушительными. Герцог носил двубортный пиджак насыщенного фиолетового цвета, но я больше обращал внимание на Надею.

Ее волосы были завиты в спираль из блестящих коричневых локонов. Из нее выглядывали фиолетовые и белые орхидеи. С каждого уха свисали серебряные цепочки с бриллиантами, что подчеркивало гладкий изгиб ее шеи. Ее платье было немного светлее чем фиолетовый пиджак герцога, оно обнимало ее стройное тело, от груди до лодыжек. Там платье немного расширялось, чтобы она могла спокойно ходить. Пара фиолетовых туфель на высоких каблуках привлекала внимание к ее ногам. На одной из ее лодыжек находилась еще одна серебряная цепочка, помогавшая привлечь внимание к ее загорелой коже. Отец наклонился к ней и что-то прошептал. Она поглядела на него и рассмеялась. Вместе они прошли на свои места. Из-за рева толпы я не услышал, что она сказала.

«Принц Рилк из Лоормы и Принцесса Джессмей из Нии!» — толпа снова забесновалась, когда темноволосый молодой человек проводил Джессмей. Скорее всего он был немного младше ее, а его лицо покраснело от внимания, которое он получал от зрителей. Я не слишком им интересовался, потому что Джессмей выглядела как сверкающий бриллиант. На ее голове находилась сверкающая тиара, рассеивающая ее серебряные волосы по спине в виде белой волны. Ее платье было похоже на халат, оно обнимало ее грудь, а затем разливалось различными оттенками голубого и белого прозрачного материала, с россыпями сверкающих бриллиантов. На ее нежных руках были одеты белые перчатки, цвет которых постепенно переходил в голубой, чтобы совпадать с цветом платья. Когда она подошла к своему сиденью, то повернулась к Поугу и мне, одарив нас ослепительной улыбкой.

«Принц Нанос из Нии и Принцесса Эставер из Ньюваны!» — толпа зааплодировала снова, когда старший брат Джессмей сопроводил в комнату небольшую девушку. Он был лихой и высокий, с чарующей улыбкой, зачесанными назад белыми волосами и богато украшенным коротким мечом на боку. На нем был светло-коричневый костюм с фиолетовой отделкой. У принцессы были кудрявые черные волосы и красивая кожа цвета насыщенного кофе. Ее платье было сливочно-желтого цвета, а вокруг ее изящного запястья обвивались розовые цветы.

“Пожалуйста, встаньте!” — прокричал Герин. Собравшиеся сделали так, как он просил.

«Король и Королева Нии!» Когда люди приветствовали, хлопали и топали ногами по каменному полу зала, было похоже, что гремит гром.

Король и королева вместе были очень привлекательны. Ее волосы были светло-белыми и ниспадали на ее плечи в виде пурпурных плетеных косичек. Ее платье сливочно-оранжевого цвета, казалось, было вырезано из чистого и мягкого материала, отражавшего свет от люстр. Ее корона была немного больше, чем тиара Джессмей, но носила она ее так же элегантно.

Король носил темно-фиолетовый пиджак с плиссированной оранжевой рубашкой, которая как будто бы распускалась из его груди. На бедре он носил полуторный меч, инкрустированный камнями и золотом. Его корона выглядела так, как будто была сделана по крайней мере из трех пудов изящно обработанного золота. Должно быть, ее было довольно сложно носить.

Король и королева достигли своих мест, и он предложил ей руку, чтобы она смогла удобно сесть. Затем, своей рукой, он показал, что все могут садиться.

«Спасибо вам, друзья мои за то, что присоединились к нам сегодня. Хотя заботы нашего мира иногда заставляют наши плечи напрягаться, мы не можем забыть дружбу и любовь, которые так долго удерживали нас». Он остановился и оглядел комнату. «У нас есть что отпразновать в преддверии великой миссии. Так давайте же веселиться и наслаждаться компанией друг друга. Я собрал лучших артистов, чтобы они доставили нам радость. Я также попросил моих поваров приготовить лучшее блюдо, какое только могло придумать их воображение, чтобы мы могли почтить наших гостей». Пока он говорил, через дверь за королем, в комнату вошла небольшая группа слуг. Каждый из них нес серебряные подносы. «Пожалуйста, наслаждайтесь лучшим из того, что может предложить мое королевство!» — сказал король и хлопнул в ладоши. Слуги быстро переместились к столам, и разместили подносы перед нами. Без всяких слов, они одновременно откинули крышки, и нашему взгляду предстала большая миска сливочно-оранжевого супа, который приятно пах. Мой рот начал увлажняться. Молодая жена барона, находящаяся рядом со мной, ахнула от восхищения.

Слуги, похоже, испарились. Каждый смотрел на то, как король сделает первый глоток. Он кивнул, и все остальные начали есть.

«Королевские менестрели и танцевальная группа Нии!» — снова прокричал Герин, и тридцать мужчин и женщин проскользнули в зал и разместились в центре полукруга, который образовывали столы. Шестеро из них держали различные музыкальные инструменты. Я не помнил, где видел похожие инструменты, но когда они начали играть, я ощутил знакомые звуки.

Музыка была фантастической, а танцоры двигались с красивой грацией и изяществом. На мгновение я подумал о Иоларас, но отогнал воспоминание.

Они танцевали и играли почти полчаса. Я посмотрел на Поуга, и увидел в его глазах отражение юбок танцующих женщин. Когда они закончили, собравшиеся захлопали. Танцоры поклонились и выбежали через дверь, в то время как слуги зашли, чтобы собрать использованные суповые тарелки.

Поуг потянулся и встал. Несколько людей около нас сделали то же самое.

«Теперь мы можем пообщаться несколько минут, пока еще раз не зазвенит колокольчик». Он посмотрел на стол короля.

«Ох». Я не хотел вставать, но все равно это сделал. Я последовал за взглядом Поуга, и увидел, как Надея разговаривает со своим отцом и мужским посланником из Бриллы. Она посмотрела на меня, а затем быстро отвернулась, когда заметила мое внимание. Похоже, она все еще злится на меня.

«Я хорошо выступила, Кайер?» — сказал женский голос в моих воспоминаниях.

«Да. Отличная работа». Внезапно я оказался на поле с черепами. Эльфийскими черепами. Я выяснил это, изучив одно из мертвых лиц. Зловоние их гниющих тел пахло так же прекрасно, как тарелка еды после целого дня тренировок.

«Они не ожидали, что я нападу на их засаду для ваших войск». Голос принадлежал женщине, чью руку я сломал. У нее была красивая улыбка, а ее глаза светились ярким оттенком зеленого. Ее доспехи идеально подходили к телу — пластины с заклепками, каждая из которых весила по крайней мере десять фунтов. Кузнецам потребовалось почти полгода, чтобы сделать их для нее. Красивые драконы и ящерицы бегали по поверхности серого металла.

Колокольчик вернул меня в настоящее. Я сел и посмотрел на Поуга.

«Что у нас будет дальше?» Я пожал плечами, а потом понял, что вопрос был риторический.

Я нахмурился, попытавшись отодвинуть нечеткую память женщины в доспехах дракона. Теперь эти воспоминания стали появляться чаще. Возможно за следующие несколько недель я смогу вспомнить все. Я вспомнил, какое сообщение оставил мне Малек, и не мог не почувствовать страх. Надеюсь, была какая-то причина, по которой я не забыл своего прошлого.

Слуги вернулись с другими серебряными подносами и повторили презентацию. Теперь на них была запеченая рыба с небольшими вареными яйцами сбоку. Рядом с яйцами и рыбой были несколько тонких стеблей растения, которого я никогда не видел, и не мог вспомнить. Слуги быстро вернулись с бутылками вина, и начали наливать его в бокалы, размещенные перед нами.

«Разрешите мне представить: Актер и Бард, Эштат Усмай!» Раздались аплодисменты, когда седовласый мужчина вошел в полукруг и вытащил инструмент с двадцатью четырьмя струнами, прикрепленными к нему. Он поклонился семье Джессмей и собравшейся аудитории, а затем начал играть.

Хотя это был всего лишь один человек, разнообразие звуков и тембров, которые он производил своим инструментом, казалось, было богаче и интереснее, чем у музыкальной труппы, игравшей до него. Я был в восторге от движения его пальцев и тела, а также от того, как он вытаскивал музыку из воздуха, и направлял ее на нас.

Я почувствовал, как Поуг дотронулся до моего плеча, и посмотрел на него.

«Не забудь поесть, мой друг! Ты смотришь на него уже десять минут, и даже не притронулся к еде». Я улыбнулся, и попробовал рыбу. На вкус она была так же прекрасна, как и выглядела, и превратилась на моем языке в мягкие масляные хлопья с тонким травяным ароматом. Небольшие яйца тоже были достаточно неплохи, гладкие и сливочные, хотя я не ожидал что они будут такие соленые. Поэтому я запил их глотком вина.

«Осторожно, а то еда попадет к тебе на рубашку», — предупредил меня Поуг. «Тебе же еще стоять перед всеми, когда король посвятит тебя в рыцари». Я посмотрел на все еще чистую тунику и в облегчении вздохнул. Весь этот процесс был очень сложным, и на каждом шагу мне нужно было быть осторожным.

После того, как слуги унесли все лишнее, мы снова встали чтобы размять тело. Барон спросил меня о жизни воина, сколько я тренировался, где находился, и что привело меня на это собрание. Поуг пришел мне на помощь и помог ответить на каждый вопрос так, чтобы Барон одобрил мои ответы. Вскоре зазвенел следующий звонок и мы все сели на свои места.

«Это должно быть салат», — сказал Поуг, сморщив нос. «На самом деле я не так уж и люблю овощи, но Дедушка заставляет меня их есть. Хотя у меня такое чувство, что эти мне понравятся».

Поуг был прав. Слуги внесли небольшую тарелку с сырой смешанной зеленью с фиолетовыми и оранжевыми фруктами, сбрызнутыми лимонным соком. Еда была легкой, и прочистила мое горло, пока я ее ел.

«Можно мне представить: Хозяйка Песни, наш Голубок, Таня Геттил!». Когда молодая девушка вошла в полукруг, собравшиеся ахнули и громко зааплодировали. Подбежал слуга и поставил для нее кресло. У нее был инструмент, похожий на большую деревянную подкову. У него были струны, и похоже, что он был сделан из золотых и серебряных листьев.

«Она известна», — прошептал мне Поуг, — «и играет только за вознаграждение в одну сотню золотых монет за час! Считается, что у нее самый красивый голос в мире». Он мечтательно посмотрел на нее, когда она начала петь. Ее голос звучал потрясающе, и был похож на звуки водопадов в моих снах. Когда она пела уже несколько минут, я посмотрел на Поуга и ткнул его.

«Овощи?» — сказал я, указав на зелень своей вилкой, и улыбнулся.

«Тьфу, ты такой же как Дедушка», — сказал он. Но его лицо изменилось, когда он откусил кусочек. Улыбнувшись, он взял еще один.

«Ее голос что угодно сделает хорошим, правда?» — сказал я. Он кивнул.

«Плохо то, что эта ночь в итоге кончится», — вздохнул он, потянувшись в своем кресле. «Надеюсь, я буду помнить ее вечно».

«Согласен с тобой, друг», — сказал я, прежде чем отправить последнюю порцию листьев в рот.

Молодая женщина закончила играть и поклонилась. Все собравшиеся встали, чтобы ей зааплодировать. Она поклонилась снова, и заняла место за столом с нашей стороны зала, рядом с мужчиной, игравшим до нее.

«Она сидит здесь, и ест вместе с нами. Может быть, ты подойдешь и поговоришь с ней?» — предложил я Поугу.

«О нет! Я не могу этого сделать». Его лицо стало белым. «Она слишком красива».

«И?»

«Она никогда не захочет разговаривать со мной. Ей предначертано выйти замуж за кого-то великого и могущественного. Мне же светит быть только учителем в сельской школе». Его лицо упало. «Я хотя бы раз увидел, как она играет».

«Я думаю тебе стоит переговорить с ней. Тогда ты будешь всем рассказывать, что видел ее игру и говорил с ней», — сказал я с улыбкой. Слуги убрали лишнюю посуду, а я пытался избежать взгляда Барона. Не хотелось больше с ним разговаривать.

«Она отвергнет меня. Посмотри. Я не привлекательный, не храбрый, не могущественный. Я просто мальчик».

«Я думаю, тебе нужно пойти и поговорить с ней», — повторил я. «Но что я знаю? Я же спал долгое время».

Снова зазвонил колокольчик и все мы сели. Но слуги не вышли. Вместо этого встал король и поднял свои руки ладонями наружу. Толпа сразу же затихла.

«Я хочу еще раз поблагодарить всех вас, за то, что вы пришли, особенно наших друзей из Лоормы, Ньюваны, Бриллы и Градара. Наши семьи жили в мире в течение поколений, и я не представляю наших взаимоотношений как-то по-другому». Головы вокруг закивали в знак одобрения. Поуг упомянул, что некоторые из присутствующих здесь стран имели достаточно слабую привязанность друг к другу. Я задавался вопросом, сколько политических дебатов происходило за кулисами, чтобы колеса перемирия все еще вращались.

«Но есть кое-кто еще, кого я хочу поблагодарить персонально». Он посмотрел на меня. «Кайер, пожалуйста, встань, и подойди».

Все глаза в комнате повернулись в мою сторону, когда я медленно встал на ноги. Мой желудок перевернулся, наверное, дюжину раз, пока я сделал несколько первых шагов по комнате. Внезапно в голову мне ударило воспоминание. Я вспомнил долину, полную бронированных воинов.

Тысяча пар глаз смотрела, как моя лошадь приближалась к боевым порядкам солдат. Они были преданы мне, я был для них одним из Мертвых Богов, которым поклонялись Эльфы. Не было никого, кто мог бы спасти их и избавить от Эльфов.

Я обошел последний стол, и поднялся на сцену. Король вышел из-за своего обеденного стола и вытащил свой богато украшенный меч. Его лезвие было идеально сбалансировано, на рукоятке сверкали драгоценные камни, отражая яркий свет, падающий с потолка. Он поднял его перед своим лицом, и легко удерживал. Он все еще был на поднятой платформе, поэтому посмотрел на собравшихся, а потом на меня сверху вниз.

«Мне очень приятно персонально поблагодарить кого-то вроде тебя, героя, который много раз рисковал своей жизнью, чтобы защитить мою возлюбленную семью». Я услышал бормотание в комнате. Люди спрашивали, кто я такой, что именно сделал, и из какой я семьи.

Внезапно у уха короля оказался Маэрк, и начал что-то шептать. Когда генерал закончил, он впился взглядом в меня. Я же смотрел на суматоху толпы, и не услышал, что именно он сказал. Это было глупо с моей стороны.

Лицо короля побледнело, и я увидел, что его руки немного трясутся. Но он продолжил свою речь.

«Из-за таких великих достижений по отношению к моей семье, я бы хотел наделить тебя…»

Позади меня раздался взрыв. Я повернулся, и увидел, что двери в Главный Зал распахнуты. Один из больших кусков дерева оторвался от верхнего шарнира. Четверо фигур спокойно прошли в комнату.

Эльфийских фигур.

Я отошел в сторону и перед моими глазами все начало расплываться. Мое сердце вздымалось от силы Земли, полученной от камня, а кровь текла внутри меня как ревущая река. Оно стучало как боевой барабан, так что я не мог ничего слышать. Слезы наворачивались мне на глаза, когда я пытался побороть свою ненависть. Я попробовал кровь на вкус, укусив свой язык. Он быстро излечился, хоть я и пытался прокусить его своими зубами.

Полдюжины стражников выбежали вперед с копьями. Эльф, который был впереди всех, поднял руки и закричал:

«Мир!» Охранники остановились. Остальные солдаты стояли перед королем, около главного стола. «Мы пришли с миром, Король Нии. Скажи своим собакам отойти, или мы можем передумать». Фигура Эльфа казалась очень уверенной. Звук его голоса заставлял меня кричать и убивать все вокруг, неважно, человеческое или Эльфийское.

«Что тебе нужно, Древний?» — прокричал король через весь зал.

«Скажи своей охране отойти и позволь мне приблизиться. Тогда я тебе скажу».

«Не позволяйте им подойти ближе, сир, они могут убить вас до того, как мы сможем вас защитить», — прошептал Маэрк королю на ухо.

«Скажи своему дурацкому генералу, что мы не собираемся убивать тебя. Мы бы это уже сделали, если бы хотели чей-то смерти. Твои солдаты — как овцы, а мы голодны как волки».

Король мгновение колебался, а затем взмахнул рукой.

«Хорошо. Выходите вперед и говорите, что хотите. Затем убирайтесь. Вас не приглашали на это празднование». Я был удивлен убежденностью короля. Охранники, окружившие четверых, немного отошли назад, и позволили им выйти на открытое пространство, которое раньше было сценой для нашего мирного собрания.

Ведущий мужчина носил отполированную броню. На ней были выгравированы красные изображения ястребов и орлов. На его талии висел длинный меч, а кинжалы с другой стороны пояса имели красные отметины на рукоятях. Его глаза были бледно-золотыми, как и его заплетеные волосы. Он выглядел как красивая статуя. Я хотел разбить ее на тысячу осколков. Я чувствовал, что моя настолько горячая, что могла продырявить мою кожу.

Его сопровождали две женщины и еще один мужчина. Все трое были одеты в гладкие кожаные доспехи, окрашенные в красный цвет. Вооружены они были так же, как и их лидер. Доспехи женщин были немного обрезаны, чтобы показать идеальную ложбинку между их грудей. Волосы одной женщины были серыми. Они были завязаны в узлы по обоим сторонам головы. Ее глаза были бронзовыми. Волосы другой были светло-зелеными, и струились по ее спине, как мох по камню. Ее глаза были красными, как рубины, и светились как угли. Волосы мужчины были темно-синими, а его глаза были похожи на янтарные камни.

«Я — Гриритал, капитан Красной Армии Императрицы. Я здесь от ее имени. Мы требуем твоего решения». Они стояли в шести метрах от короля. Я был немного в стороне. Маэрк держал правую руку на своем коротком мече, а левую на плече Короля. Охранники с копьями стояли перед столом, но теперь они находились не между Эльфами и королем. Это было не важно. Как сказал Гриритал, они все равно ничего не могли сделать, чтобы защитить своего монарха, если один из Эльфов решит его убить. Четверо тренированных и вооруженных эльфов могут без усилий убить любого человека в Главном Зале, если бы в нем не было меня.

«Мое решение?» — спросил король, подняв бровь.

«Не скромничайте, Ваше Величество», — Эльф практически выплевывал слова. «Моя императрица подумала, что я смогу внушить вам всю серьезность вашего решения. Она хочет его сейчас же». Три остальных Эльфа оглядывали комнату. Они казались возбужденными. Я посмотрел на женщину с зелеными волосами, с ее правой перчатки на пол капала кровь. В комнате стало тихо, и слышался лишь капающий звук.

«Извините, я сломала несколько ваших игрушечных солдатиков, они не верили, что мы пришли с миром», — хихикая сказала ведьма с зелеными волосами.

Нам никогда не придется кланяться им снова. Мы примем битву, ударим туда, куда они меньше всего ожидают, и не будем никого щадить. Затем мы исчезнем.

«Этот план — самоубийство, Кайер», — сказал Малек. «Их втрое больше, и у них преимущество высоты».

«Я поведу», — сказал я.

Пот сочился из каждого сантиметра моей кожи.

В металле моей брони были выгравированы миллионы крошечных черепов. Моя рука в перчатке сочилась от крови, когда я опустил зубы в пульсирующее сердце. Оно было сладким и жестким.

«Что ты делаешь, Брат?» — сказал Тайер. Он пытался скрыть свое разочарование.

«Я сказал, что съем его сердце. Он все еще жив только потому, что хочет это видеть». Эльфийский генерал застонал, когда последняя кровь вытекла из его тела.

Зеленоволосая женщина подошла ко мне. Мои ноздри наполнились цветочным ароматом. Я чувствовал, как ее рептильное сердце медленно и осторожно бьется. Мое тело дрогнуло, а зрение переключилось с черного на красный, а затем обратно на черный.

«Посмотрите на этого. Он так напуган, что скоро наложит в штаны. Можно я разрежу его, и поиграю с его внутренностями?» — спросила она своего лидера на языке Эльфов. У меня закружилась голова, а глаза встретились с ее глазами.

«Как насчет того, чтобы я вырвал тебе глотку, и выпил все твои крики?» — сказал я на нашем общем языке. Мощь земли вспыхнула в моем теле. Я не мог остановить себя. Мне нужно было их убить, размолоть их. Моя ненависть была как кипящая кастрюля с водой.

Глаза женщины в ужасе расширились, а головы трех ее компаньонов с удивлением посмотрели на меня.

Они были как раз вовремя, чтобы увидеть, как я схватил ее горло и оторвал его от шеи.

Ее руки поднялись, чтобы схватить теплую текущую жидкость, сочащуюся из ее трахеи. Ей удалось выдавить звук удивления перед тем, как ее друзья поняли, что произошло. Они закричали. Остальные двое вытащили свои мечи и встали перед своим лидером.

Послышались крики ужаса и страха от собравшихся участников вечеринки, но никто из них не сдвинулся. Теперь они увидят другое представление, гораздо более темное и зловещее, чем то, которым они наслаждались этой ночью.

Несколько секунд мы смотрели друг на друга, потом Эльфы перевели взгляд с моего лица на мою правую руку, которая все еще сжимала кость горла.

«Окружить его и уничтожить», — сказал их командир. Они медленно начали двигаться вокруг меня.

«А это отличная идея. Сначала я убью их, а затем разорву тебя», — плюнул я в человека в красных доспехах. Его лицо изменилось, и теперь выражало страх. Он не привык, когда над ним издевались, особенно человек, говорящий на его языке.

Мужчина справа преждевременно атаковал. Когда я был обычным человеком, то помнил, что они двигались так быстро и красиво. Их сила и грация заставляла нас поверить, что они были Богами, и без вопросов заслужили право управлять нами.

Теперь-то я знал, что они смертны, медленны и слабы. Их можно было победить, как и любую другую добычу.

Эти Эльфы никогда раньше не встречали хищника.

Его меч прошел в нескольких сантиметрах от моего лица. Это был вертикальный разрез, так что когда меч достиг нижней части, мои руки обвились вокруг руки и запястья Эльфа, направляя их вниз, ниже моей талии. Я переступил через его меч, и крепко держа Эльфа за руки, раскрутил вокруг своего тела. Скорость моих действий в сочетании с весом и использованием рычага заставило его запястье сломаться как сухой кусок дерева. Его тело перевернулось и тяжело приземлилось на каменный пол. Он издал звук громового удара, когда под ним треснула большая плитка. Меч он выронил, когда я сломал ему запястье. В результате тонкое лезвие оказалось в моих способных руках.

Он закричал, почувствовав, как боль распространяется по его руке. Это был крик агонии и стыда.

Эльфы никогда не испытывали ничего, кроме наслаждения. Они были морально не готовы к серьезным повреждениям своих тел и душ.

Мой собственный голос эхом отражался в моей голове, когда я взглянул на женщину. В ее глазах все еще было удивление, она не атаковала, а ждала, что я сделаю с ее другом. Она сделала вид, что будет двигаться так же, как и ее компаньон, но я не попался на приманку, а сделал выпад клинком над своей головой, чтобы парировать удар. Быстро отойдя назад, она сделала быстрый разрез, который расщепил бы меня пополам, если бы я был более агрессивным. Затем она выполнила набор тщательно выбранных горизонтальных и вертикальных выпадов, нацеленных на мои грудь и бедра. Мне удалось увернуться от них на сантиметр или около того. Она улыбнулась, увидев, что я отступаю. Затем она еще раз провела ту же комбинацию движений.

Я быстро вступил в игру — после первого же горизонтального выпада, который проскользнул мимо моего живота. Потянувшись левой рукой, я схватил ее за локоть, притянув к себе, как будто был ее любовником. Из-за близости наших тел, ее правая рука оказалась в западне между нами. Ее меч оказался бесполезен.

Эфес моего меча врезался в ее лицо сверху. Она зарычала от боли, но не упала, так как я прижимал ее к себе левой рукой. Я отодвинул назад свою правую руку и снова ударил в ее красивое лицо. В этот раз я услышал, как ее череп хрустнул, и по комнате разошлось эхо. Я отпустил ее тело, и она упала на колени, освободившись от меня, но не от последствий. Я снова занес руку и ударил ее в лицо третий раз эфесом меча. Скорее всего она уже была мертва, но сила удара откинула ее голову назад, и отправила ее тело скользить по полу, как капли дождя скользят по наклонной крыше.

«Кто ты?» — закричал мне лидер. Он отходил назад, в сторону двери. Его друг со сломанным запястьем поднялся на ноги. Он пытался отойти, а я приближался к нему.

«Нет! Нет! Прости меня!» — кричал он, почувствовав, как моя рука сомкнулась около его пищевода. Я не стал напрягаться, а просто раздавил кости и бросил его. Тело его несколько раз дернулось, как рыба, которую только что выпотрошили. Я смотрел, как свет угасал в его глазах.

Когда я вновь посмотрел на их лидера, то понял, что совершил ошибку, дав ему увидеть, как умирает его друг. Его бронированные руки поднялись, и совершили знакомое мне движение. Я почувствовал, как в меня полетел массивный удар из силы, огня, льда и боли. Мои ноги перестали чувствовать пол из-за силы волшебства, которое он использовал. Я почувствовал волну взрывов, ударивших в мои барабанные перепонки. На секунду все стало черным, а затем за мной раздался еще один удар, снова вернув меня в сознание.

Я закашлялся кровью, и почувствовал, как моя кожа и легкие самоизлечиваются. Мои глаза горели, но я заставил себя открыть их. Я был в двенадцати метрах от последнего Эльфа, почти на другой стороне Главного Зала. Встав на ноги, я закашлялся снова. Остатки черного дыма сочились из моей груди в воздух. Моя прекрасная рубаха горела спереди. Я схватил ее левой рукой и сорвал с себя. Затем я врезался в одну из колон, поддерживающих крышу. Где был мой меч, я не видел, но в моих руках его больше не было.

Я заметил шокирующие выражения окружающих лиц, но ни одно из них не было таким напуганным, как лицо Эльфийского лидера.

«Кто ты?» — закричал он снова.

«Как ты попал сюда?!» — закричал он еще громче и отступил. Его магия перевернула стол, за которым сидел я и Поуг. Мне нужно было перепрыгнуть его, чтобы догнать Эльфа.

Затем он повернулся и начал убегать.

«Меч!» — крикнул я королю, перепрыгнул через стол и побежал к двери. Он бросил его в воздух, и сомкнувшись, мои руки поймали его, когда я бросился к выходу. Пару метров я прокатился по крови Эльфийской женщины. Затем я достиг двери холла.

«Нам нужно убить их, или они доложат о нас», — сказал голос Тайера в моей голове.

Я побежал к двери в Приемную. Он был впереди, и повернул за угол. Я схватился за дверь, чтобы мне легче было повернуться. Мои ноги ударились о противоположную стену, и несколько секунд я бежал по стене, а не по полу.

Я увидел, как он спускается по ступеням впереди нас, и бросился в погоню.

Лестница крутилась по спирали, и я пытался определить, что он хочет сделать. Я не видел его, поэтому предположил, что он считает, что я не знаю, на каком точно уровне он сойдет. Возможно он не предполагал, что я могу слышать как его сердце в панике бьется в груди.

Он пробежал три пролета, а выбежал в холл. Я настигал его, хотя большой королевский меч мешал моим движениям.

Затем он сделал кое что, чего я не ожидал. Он быстро завернул за угол и увидел тупик, украшенный витиеватым окном, которое висело достаточно высоко над землей.

Он снова уставился на меня, когда я тоже повернул за угол. Затем Эльф побежал к окну. Смертельный душ из красивых ярких стекол ударил его броню. Сверкая в радуге цветов, он упал.

Я подбежал к сломанному окну и посмотрел вниз, на свою жертву. Он пережил крутое падение и хромал прочь. С улыбкой, он посмотрел вверх, на меня. До земли было почти восемнадцать метров.

Улыбка превратилась в ужас, когда я выпрыгнул из окна и приземлился на землю. Было очень больно, и мои ноги почти лопнули от удара. Долю секунды мои связки стонали и болели, прежде чем я перекатился и вскочил на ноги. Мое тело изо всех сил пыталось восстановить себя, но я был и в более крутых переделках. Через несколько секунд я почувствовал, как энергия Земли восстанавливает легкие травмы ног.

Его сердце билось быстрее, чем у маленькой птички. Мне не нужно было бежать за ним, он медленно хромал. Когда я подошел ближе, он попытался прыгнуть вперед, изогнув бедра. Мы находились на открытой местности для тренировок, на противоположной стороне от моей комнаты. Он ни за что бы не смог добежать до ворот замка до того, как я его настигну.

«Ты не должен быть здесь! Твои лидеры дали клятву!» Он почти плакал. В конце концов он упал на спину и поднял свои руки. «Я сдаюсь!» — сказал он со слезами на щеках. Он был так напуган, что забыл о мече на своем поясе, который он мог бы использовать для своей защиты. Мой мозг пытался расшифровать, что он только что сказал, но еще до того, как он послал слова в мой рот, чтобы я смог спросить его, что это за мои ‘лидеры’, моя рука уже двигалась.

Меч короля отсек четыре пальца с его правой руки. Он задохнулся от ужаса, когда взглянул на них и закричал. Далее я отрезал остальную часть его руки. Я думал, что это невозможно, но он закричал еще громче.

Мне стало интересно, насколько громко я смогу заставить его кричать, прежде чем он умрет. Он продержался всего лишь три минуты, пока не истек кровью. Он даже не стал кричать громче, когда я отрубил его руку. Я разочаровался в том, как он чувствовал боль.

Я рассказал ему об этом, прежде чем его глаза закрылись навсегда.

иконка стрелка, стрелка влево,Картинки по запросу иконки три палочкииконка стрелка, стрелка вправо,

comments powered by HyperComments